Как же получилось, что на Боровском тракте, всего в каких-то сорока верстах от первой, появилась вторая - наша деревня Селятино? И имеет ли она какое-то отношение к Селяте?
Давайте порассуждаем.
Деревня нашего коровника находилась у самого начала Боровского тракта, который, как говорилось выше, шёл через наши места на Боровск.
Дневной переход путешествующих в то время составлял 35-40 вёрст. Обычно на таком расстоянии друг от друга ставились деревни и починки богатых владельцев, чтобы можно было переночевать при путешествии в столицу или из неё. Давайте посмотрим, не найдётся ли подтверждение нашей версии. Боровский тракт в то время был одной из основных дорог. По нему часто ездили в Боровск и далее на Смоленск.
А вот и ответ на наш вопрос. В одной из духовных грамот «Великого Князя ВАСИЛИЯ ВАСИЛЬЕВИЧА о разделе, по смерти его, всего движимого и недвижимого его имения... за подписанием Московскаго митрополита Феодосия», писанной в 1462 году, упоминаются всем нам известные населённые пункты: «... и на Москвъ за Похрою Розсудовъские села Зверевъское и Борановъское, и иные селца и зъ деревнями и съ пустошми...».
Слова «на Москве» означали «тянущие к Москве», то есть принадлежащие Москве, царям (Великим Князьям).
Как мы видим, что царские сёла Розсудовские (уже тогда их было два), и тянущие к ним деревни Зверевское и Борановское находились на том же Боровском тракте в 40-45 верстах от Москвы. Борановское – это село Барановское-Троицкое-Подосинки. (Находилось в районе Комсомольского пруда. Сейчас не существует.)
Итак, рядом с царской деревней Зверевское вполне могла появиться митрополичья деревня.
А вот каким образом она там появилась?
Я нашла несколько версий возможного в то время появления второй деревни Селятино. И каждая из версий имеет под собой историческую основу.
1. Вот отрывок из книги Кулишер И.М. «История русского народного хозяйства»:
«Еще большее значение имело, по-видимому, приобретение земли как князьями и боярами, так и духовенством путем непосредственного захвата свободных, никем не заселенных пространств. Такую заимку земель производили вновь учрежденные монастыри. Они призывали к себе поселенцев, возникали села и деревни, которые, в свою очередь, высылали от себя основателей новых починков; все таким образом занятые земли становились собственностью монастыря. Точно так же находившиеся в распоряжении митрополичьей кафедры "церковные люди" высылались ею для занятия земли. Они ставили дворы, становились митрополичьими посельскими и с другими привлекаемыми ими поселенцами производили захват земли в пользу митрополита на всем пространстве, куда коса, соха и топор ходили... Таким же образом расширяются и княжеские владения. Деревни и починки обычно основывались каким-нибудь одним выходцем из княжеского села и часто носили поэтому название своего основателя, например Митин починок, Савельевский починок. Основывались они где-нибудь на стороне, на диком месте, в лесу, очищенном, выжженном под пашню; на это указывают такие названия, как "Паншина гарь". Ряд таких починков тянул к селу и находился в управлении княжеского ключника или посельского».
Итак, версия первая: захват новых земель для расширения митрополичьего хозяйства.
2. А вот цитата из книги И.Е. Забелина «Кунцово и Древний Сетуньский стан»:
«Таким путём расселение Русской Земли продолжалось до позднейшего времени. Для примера, как оно происходило, приведём свидетельство 1491 г.. В этом году дворецкий митрополита отдаёт напр. некоему Саве Микифорову пустошь Новинского монастыря, где-то вблизи «на Перепечик (в 1410-1431 деревня Перепецина) у Москвы у реки, на березе, то есть на берегу, и говорит между прочим, что « Сава хочет на той пустоши себе двор ставить и лес сечи и розселивати, а если крестьян съзовёт, прибавляет дворецкий, то льготы ему от всяких проторов и тягла на 4 года». (Дворецкий в то время – управляющий всем дворовым хозяйством)
Версия вторая: Селята мог получить от Митрополита разрешение на расширение своего личного хозяйства.
Далее использованы цитаты из той же книги И. Забелина (Цитаты даются в современном прочтении. Пунктуация источника):
3. «В апреле 1690 г., как упомянуто, была присоединена к поместью Нарышкина и Кунцовская вотчина. С этого года боярин стал очень прилежно заниматься своими дачами и в отношении крестьянского населения совсем их переустроил, переведя и село и деревни на новые места».
Версия третья: Селята, как было принято в то время, мог просто перевести свою деревню (или часть крестьян) на новое место.
4. «Но теже свидетельства от 6 века объясняют ещё, что во время нашествия врагов славяне уходили из своих деревень в леса и болота, скрывались в лесных дебрях».
Версия четвёртая: Во время или после набега татар люди из разорённого села перебрались на новое место.
Именно это объясняет и перенос церкви на новое место или же основание такой же под тем же названием Николы Чудотворца. Но об этом позже.
5. «Слово с т а н ъ обозначает остановку на пути и переносит нас в седую древность нашей истории, когда первые князья сами ещё ходили собирать с населения дани и пошлины, уроки и оброки, а вместе давать людям суд и земскую управу. Делая с этой целью свои пути-походы и останавливаясь в наиболее выгодных для того местах, они тем самым определяли и центр земской управы, каковым сама собою являлась становая квартира князя или его сборщика... Прозывались эти станы больше от рек и речек, и от разных урочищ, где становились княжеские власти, и даже по имени перваго или особенно знаменитаго почему либо управителя станом»
Версия пятая: При проезде в Боровск, объезде своих владений для сбора пошлины и суда митрополиты, князья или их слуги останавливались в пути в дневном переходе-переезде от одного места до другого. Расстояние от одной деревни Селятино до другой как раз и составляет дневной переход.
Здесь же можно увидеть повод для появления деревни именно с таким названием. Селята был либо первым сборщиком, основавшим в этих местах починок, а затем и деревню, либо знаменитым человеком для того времени. А судя по тому, что его имя осталось в истории, он действительно был человеком известным.
Именно эта версия кажется наиболее достоверной, так как в 40 километрах от нас (ещё один дневной переход) находится д. Деденево, которая в прошлом звалась д.Селятино на речке Селятинке. В «Дозоре 1613 года по Боровскому уезду» числится: «Стан Суходолской. За Совельем Ломакиным сыном Чортова отцовское поместье деревня Деденева, а Селятина тож, на речке Селятинке, а в ней пашни паханые помещиковы пол-осмины...». Может, правда сам Селята объезжая митрополичьи земли основал эти деревни.
Итак, как мы убедились, причин для обоснования на новом месте деревни, и именно в этом месте, было у владельцев московской деревни Селятино предостаточно. Осталось совсем немногое – доказать, что наша деревня Селятино имеет прямое отношение к московской деревне Селятино.
Но прежде, чем мы пойдём дальше, хочу сказать несколько слов об учёте в России с самых давних времён. Уже в XI-XII веках, а с XIII века повсеместно, стали употребляться грамоты: жалованные, наследные и т.д., писцовые, переписные и другие книги, в которых вёлся самый подробный учёт освоенных и заброшенных земель. Исследуя их можно проследить историю появления и развития, а в некоторых случаях и упадка многих населённых пунктов. Это легко увидеть по названиям. Починок – деревня – сельцо - село – город – пустошь... Уже тогда упоминаемые населённые пункты указывались с их принадлежностью тому или иному владельцу. Или к какому вышестоящему по положению населённому пункту «тянули» деревни и сёла. Начиная с 16 века, всё обжитое людьми пространство уже обмеряно и учтено. При поиске сведений о том или ином населённом пункте, надо только знать или понять, где, в каких книгах искать. Ведь карта Московской губернии, да и всей России не раз перекраивалась. Населённые пункты переходили от одного владельца к другому, территории делились на уезды, волости, станы каждый раз по новым границам. И надо сообразить, к какой губернии, уезду, стану, волости могла принадлежать нужная нам деревня. Причём соседние деревни вполне могли относиться к разным станам и уездам. Пришлось изучать административное строение Древней Руси и средних веков. А владения царствующих особ и монастырей простирались по всей Руси Великой. Так Боровский монастырь имел владения и в Калужской губернии, и в Московской, и на Селигере...
И как ни покажется странным, но сведения о нашей земле я нашла в книге по истории города Боровска.
